Наваринское сражение.

Во второй четверти XIX века важнейшей проблемой внешней политики Российской империи являлся режим плавания русских военных кораблей и коммерческих судов по проливам Босфор и Дарданеллы. Поэтому большим успехом российской дипломатии стала первая в истории антитурецкая коалиция, в составе которой на стороне России выступили сильнейшие европейские державы. 24 июня (6 июля) 1827 года была подписана Лондонская конвенция о совместных действиях Англии, Франции и России в поддержку Греции, которая должна была получить автономию. Для принуждения Турции к принятию этого требования три державы договорились отправить в Архипелаг соединенную эскадру. Итогом этого военного сотрудничества стало уничтожение турецко-египетского флота в Наваринской бухте 8 (20 октября) 1827 года.

Еще до заключения конвенции в Англию ушли 9 кораблей, 8 фрегатов, 3 корвета, 4 брига. В Портсмуте русский посол в Лондоне вручил командиру эскадры адмиралу Д. Н. Сенявину инструкцию, в соответствии с которой ему надлежало отправить в Средиземное море часть своих кораблей и судов под командованием контр-адмирала графа Л. П. Гейдена. 8 (20) августа 1827 года отряд Л. П. Гейдена (4 корабля, 4 фрегата, корвет и 4 брига) начал переход из Портсмута в Средиземное море. 1 (13) октября 1827 года у острова Занте он соединился с британским и французским отрядами под командованием вице-адмирала Э. Кодрингтона и контр-адмирала де Риньи.

3 (15) октября союзники блокировали главные силы турецко-египетского флота – 3 линейных корабля, 23 фрегата (в том числе 3 больших), 42 корвета, 15 бригов, 8 брандеров (всего 2224 орудия) и около 40 вооруженных транспортов – в Наваринской бухте. У союзников было 10 линейных кораблей (английских и французских – по 3, русских – 4), 9 фрегатов (3 английских, 2 французских, 4 русских), корвет и 5 бригов (все английские), 2 французских галиота (всего 1298 орудий).

Вице-адмирал Э. Кодрингтон, возглавивший союзную эскадру как старший по чину, направил турецкому флагману категорическое требование «прекратить варварскую войну против греческих повстанцев». На ультиматум турецкий паша не ответил, рассчитывая, что Англия и Франция на крайние меры не пойдут, чтобы не способствовать усилению влияния России на Балканах. Узнав об этом, Л. П. Гейден добился созыва военного совета. По его требованию флагманы согласились идти в Наваринскую бухту, чтобы «истребить турецкий флот, если хотя бы один выстрел будет сделан по союзным кораблям».

Турецкие корабли и суда стояли на якорях в три линии полумесяцем с выдвинутыми вперед флангами. В соответствии с назначенной старшим флагманом диспозицией, русские корабли и фрегаты должны были, войдя в бухту, стать на якоря против центра и правого фланга турецкой эскадры. Им надлежало сражаться с ее наиболее сильными боевыми единицами.

В 11 часов утра 8 (20) октября 1827 года союзная эскадра двумя кильватерными колоннами начала втягиваться в Наваринскую бухту. Английские и французские корабли вошли первыми. Русская колонна, в голове которой шел 74-пушечный «Азов», под общим командованием капитана 1-го ранга М. П. Лазарева стала входить в бухту около 14 часов, когда сражение уже началось. На протяжении часа русские корабли выдерживали плотный перекрестный огонь корабельной и береговой артиллерии. В кильватер «Азову» шли 84-пушечный «Гангут» (капитан 2-го ранга А. П. Авинов), 74-пушечные «Иезекиль» (капитан 2-го ранга И. И. Свинкин) и «Александр Невский» (капитан 2-го ранга Л. Ф. Богданович). За ними следовали фрегаты: 44-пушечный «Константин» (капитан 2-го ранга С. П. Хрущев), 36-пушечные «Елена» (капитан-лейтенант Н. П. Епанчин) и «Кастор» (капитан-лейтенант И. С. Сытин). Концевым шел 48-пушечный «Проворный» (капитан-лейтенант И. П. Епанчин). К 15 часам русские корабли и фрегаты стали на якоря согласно диспозиции и открыли огонь по противнику. В бою отличился корабль «Азов», который один сражался с кораблем младшего турецкого флагмана и 4 фрегатами. Во «всеподданнейшем докладе» императору Л. П. Гейден писал: «Он сильным своим огнем потопил 2 огромных фрегата и корвет, сбил 80-пушечный корабль, который бросило на мель и напоследок был взорван, истребил двухдечный фрегат, на коем главнокомандующий турецкого флота Тахир-паша имел свой флаг и который на другой день сгорел, имев, по признанию самого паши, из 600 человек своей команды до 500 убитых и раненых».

Доблестно сражался личный состав всей русской эскадры. «Гангут» подавил турецкую береговую батарею и уничтожил 2 вражеских фрегата. «Александр Невский», сражаясь с 3 фрегатами, один потопил, а другой заставил сдаться. И. И. Свинкин, командир «Иезекиля», раненный в начале боя, стоя на коленях и держась за канат, продолжал командовать кораблем, который подавил огнем турецкую береговую батарею и потопил брандер.

За 4 часа боя турецко-египетская эскадра была уничтожена почти полностью, что в истории парусных флотов имело место лишь в единичных случаях. Потеряв 60 кораблей и судов и около 7 тыс. человек, турки прекратили сопротивление. Союзники в корабельном составе потерь не имели, однако 834 человека было убито и ранено. Особенно сильно пострадали от вражеского огня русские, попавшие под удар береговых батарей. Так, «Азов» получил 153 надводные пробоины, потеряв 24 человека убитыми и 67 ранеными. За доблесть, проявленную в этом сражении, корабль был пожалован кормовым Георгиевским флагом. Доставленный на Мальту царским курьером, он был торжественно поднят 22 марта (3 апреля) 1828 года.